![Сивец Сергей Михайлович Сивец Сергей Михайлович](https://sovrep.gov.by/images/storage/person/000683_394575.jpg)
В программе
«Постскриптум» на СТВ член Совета Республики Сергей Сивец.
Юлия Бешанова, СТВ:
— Наверное, должна повышаться роль Совбеза как
коллективного органа управления?
Сергей Сивец, член Совета Республики Национального собрания Беларуси:
— Здесь вообще
три аспекта я бы выделил: юридический, политологический и исторический. Что
касается юридического аспекта, то я хотел бы акцент сделать не только на статье
89.
Юлия Бешанова:
— Но это больше всего обсуждали, что это противоречит.
Сергей Сивец:
— Нет никакого противоречия абсолютно. Согласно статусу Президента как главы государства — гаранта государственных суверенитета, независимости, который должен в соответствии со статьей 79 принимать меры по защите суверенитета, территориальной целостности, прав и свобод граждан, Президент имеет широкий спектр полномочий, связанных с созданием нормативных правовых актов. В частности, тех же временных декретов, имеющих силу закона.
В этом аспекте я бы хотел обратить внимание тех, кто сомневается, на статью 30 Закона «О Президенте Республики Беларусь», которая прямо по тексту делает оговорку, что Президент имеет право издавать временные декреты в развитие и в принятие мер в части второй статьи 79 Конституции, — то, о чем мы говорим. По сути, сама преамбула второго декрета об этом прямым текстом говорит. Осознавая ответственность (это я уже цитирую второй декрет) за судьбу нынешнего и будущего поколений, в части защиты государственного суверенитета, территориальной целостности, независимости, прав и свобод граждан Президент издает этот декрет, чтобы у нас не получилось вакуума власти. Здесь возникает исторический аспект, и не только в контексте новейшей белорусской истории.
Вспомните, что произошло с Советским Союзом. 17 марта 1991 года прошел единственный в Советском Союзе общесоюзный референдум, который имел обязательную силу, где четко был поставлен вопрос: быть Советскому Союзу либо не быть. Более 76 % граждан Советского Союза, обладающих избирательным правом, сказали: быть Союзу. Что не помешало трем, мягко скажу, политическим авантюристам не так далеко от нашей столицы, в Вискулях, похоронить Советский Союз. Самое трагическое в этом то, что ни одна из ветвей власти (законодательная, исполнительная, судебная), ни спецслужбы не отреагировали на вот это решение и тем самым подписали приговор Советскому Союзу. Последствия этой геополитической катастрофы мы ощущаем и через 30 лет, до сих пор. И количество жертв, которое повлекла за собой эта катастрофа, уже исчисляется сотнями тысяч, если не миллионами.
Юлия Бешанова:
— Могли представить, что может возникнуть такая необходимость?
Сергей Сивец:
— Конечно же, нет. Когда у нас принимались Конституция 15 марта 1994 года и новая редакция в 1996 году на референдуме. Лихие девяностые. Даже в лихие девяностые законодатель не заложил в Конституцию такое основание, как гибель Президента от покушения, террористического акта, внешней угрозы либо других насильственных действий.
У нас в Конституции, статьи 87 и 88, только три основания заложены: вакансия в связи с отставкой Президента, досрочное прекращение в связи со стойкой неспособностью по состоянию здоровья выполнять функции Президента и смещение Президента с должности в связи с изменой родине либо совершения иного тяжкого преступления. Все. Где есть это основание – гибель Президента от насильственных действий? Лихие девяностые. Весь парадокс ситуации складывается таким образом, что наша страна находится в состоянии гибридной войны. И методички этой гибридной войны не менялись аж с конца ХХ столетия, когда разваливался социалистический блок.
В рамках работы Конституционной комиссии подготовка нового проекта нашего, по сути, общественного договора – вот эти вызовы, угрозы, которые стали реальностью, к сожалению, в последнее время для нашей страны, они должны найти свою адекватную правовую формализацию. Но мне бы не хотелось, чтобы у нас сложилась ложная иллюзия, что вот мы временный декрет издали, имеющий силу закона, и тем самым мы себя обезопасили от всего спектра вызовов и угроз. Нет. Будем ждать новой Конституции? Нет.
Мы уже с момента издания декрета должны начинать серьезную нормотворческую работу, не только применительно к Конституции. Нужна новая концепция национальной безопасности, потому что спектр вызовов и угроз гораздо шире, чем покушение на главу государства, он касается и публичных вопросов и интересов государства в целом, Республики Беларусь как суверенного и независимого государства. Нужна новая редакция законов «О чрезвычайном положении», «О военном положении». Там целый спектр законодательной работы, который должен корреспондировать к новому проекту Основного закона, но мы еще пока не знаем, каким он будет. И избирательное законодательство.
Этот декрет – универсальная правовая превенция, потому что угроза направлена против главы государства, суверенного и независимого государства. Мы находимся в интеграционных структурах, в том числе ОДКБ. И такая угроза применительно к главе государства, по сути, за собой автоматически повлечет принятие соответствующих мер в рамках Договора о коллективной безопасности. Это сигнал, сигнал тем, кто, возможно, разрабатывает какие-то стратегические планы, в том числе с военным участием на территории сопредельных государств. Я думаю, что этот сигнал дошел и был воспринят. Я думаю, что какие-то изменения в поведении последуют. Я имею в виду тех, кто организовывал и планировал эти учения.
Юлия Бешанова:
— Декрет чрезвычайный. Насколько точно и четко проработаны механизмы?
Сергей Сивец:
— Я не согласен, что он чрезвычайный. Это обычный временный декрет, с соответствующей юридической силой закона. И он как раз призван мобилизовать все структуры, в первую очередь Совет безопасности, поскольку функционально круг вопросов, связанный с угрозами и вызовами, входит в компетенцию Совета безопасности, применительно к государству в целом и главе государства. Но в целом он призван мобилизовать и исполнительную, и законодательную ветви власти на то, чтобы составить дорожную карту мероприятий, которые сейчас уже должны реализовываться. Не тогда, когда, возможно, не дай бог, конечно, эта угроза будет реализована, а вот сейчас, в данный момент.
Возвращаюсь, это
временный декрет. Он призван купировать эти угрозы с помощью тех
ситуационно-кризисных мобилизационных планов, которые, я думаю, уже будут в
разработке в настоящий момент находиться и просто, не дай бог, ждать своего
часа, если это случится. Но после того как острота момента будет уже
нивелирована, по сути, Республика Беларусь вернется в нынешнее правовое
состояние с точки зрения и Конституции, и действующего законодательства, и с точки
зрения электоральной кампании по выбору главы государства.
Все интервью